Форма входа

Статистика посещений сайта
Яндекс.Метрика

 Владимир Николаевич Христенко

 

 

Об адмирале А.С. Грейге и не только о нём...

    Многовековая история военно-морского флота России неразрывно связана с именами многих известных личностей - простых матросов, офицеров и адмиралов, каждый из которых внёс в эту сферу частицу своего труда, таланта, отваги и беззаветной преданности. Среди выдающихся морских офицеров прошлого, помимо этнических русских было немало представителей  других наций и народов: англичане Кроуны и Грейги, немцы Беллинсгаузен, Крузенштерн, Глазенап, Берх, греки Аркасы, Манганари и Кумани, голландец Гейден и многие другие. Все они, вне всякого сомнения, достойны нашего почитания и уважения. Без них история российского флота была бы неполной, необъективной и однобокой!

   Адмирал Алексей Самуилович Грейг (1775-1845) занимает особое место в этом ряду. Личность, безусловно, яркая и неординарная. Сам, будучи сыном выдающегогся российского адмирала, но англичанина по рождению Самуила Карловича Грейга (1735-1788), он с юных лет и до последних дней отдавал все свои силы, талант и усердие развитию военного флота России.

   Вместе с тем, вполне справедливо следует признать, что с именем А.С. Грейга связано и много негативных явлений, в особенности в период его пребывания на посту Главного командира Черноморского флота (1816-1833).  Тут и  махинации его подопечных с подрядами на строительство кораблей в Николаеве, и странная смерть бывшего командира брига "Меркурий" А.И. Казарского в 1833 году, и отнюдь не самые дружеские взаимоотношения с адмиралом М.П. Лазаревым, не красящие их обоих. Ко всему прочему, масла в огонь подливала беспринципная и целом неодобрительная реакция общества на его женитьбу, суд чести над мичманом В. Далем и пр. К тому же многочисленные слухи обо всём этом, нелепые суждения, в том числе и современников адмирала А.С. Грейга, а также масса непроверенной информации давали (и, увы, дают!) поводы для появления множества несуразных, необъективных, а потому несправедливых публикаций о нём.

    Ныне одним из наиболее ярых критиков адмирала А.С. Грейга является известный писатель Владимир Шигин - в прошлом морской офицер, капитан 1 ранга, а ныне успешный литератор - автор десятков книг на морскую и историческую тематику. И, хотя, на мой взгляд,  конструктивная критика дело в общем-то нужное и полезное, (хоть и не всегда лицеприятное!), но она  требует от критикующего повышенной объективности, точности, профессионализма, и, разумеется, тактичности. А вот как раз с этим у писателя Шигина, увы, проблемы и немалые. Вот, к примеру, он пишет:

   "В истории Николаева полицмейстер Николаева Г.Г. Артамонов остался известен тем, что якобы он предложил адмиралу Грейгу назвать центральную улицу Николаева, носившую ранее название Купеческой, Большой Морской. Название «Большая Морская» было предложено полицмейстером Г.Г. Автамоновым в 1835 году. Николаевские краеведы считают, что определение «большая», по-видимому, означало, что на этой улице жили «большие» морские чины. Так что был, судя по всему, полицмейстер Автамонов человеком не без подхалимства." (В. Шигин "Тайна брига "Меркурий").

  Это в Николаеве-то центральная улица города называется Большой Морской???  Я сразу, даже, и не знаю, что сказать по этому поводу! Вроде бы сам родился в Николаеве и прожил в нём большую часть своей жизни, но о таком слышу впервые! Откуда эти сведения???

  Впрочем, сейчас я хотел бы остановиться совсем на другом: так, всё-таки, писатель-историк В. Шигин, какая же фамилия была у тогдашнего николаевского полицмейстера: Автамонов или Артамонов?

  А между тем, фамилия у него была совершенно иная. Звали его Григорий Григорьевич Автономов (Автамонов) (1793-1850) и был он до этого участником Отечественной войны 1812 года, уйдя в девятнадцать лет добровольцем в ополчение. Участвовал даже в знаменитом Бородинском сражении, а с 1830 года  служил в Николаеве полицмейстером вначале в чине майора, а после - полковника...

   Фамилию его впервые переврал тогдашний шеф жандармов А.Х. Бенкендорф в записке на имя императора Николая I от 8 сентября 1833 года "О скоропостижной смерти флигель-адъютанта Казарского". Читаем:

   Дядя Казарского Моцкепич, умирая, оставил ему шкатулку с 70 тыс. руб., которая при смерти разграблена, при большом участии Николаевского полицмейстера Автомонова.  Назначено следствие, и Казарский неоднократно говорил, что постарается непременно открыть виновника. Автомонов был в связи с женой капитан-командора Михайловой, женщиной распутной и предприимчивого характера, у ней главною приятельницей была некая Роза Ивановна, состоявшая в коротких сношениях с женой одного аптекаря. Казарский после обеда у Михайловой, выпивши чашку кофе, почувствовал в себе действие яда... Назначенное [адмиралом Алексеем] Грейгом следствие ничего не открыло, другое следствие также ничего хорошего-не обещает, ибо Автомонов ближайший родственник генерал-адъютанта Лазарева".

  Теперь-то вам всё понятно, уважаемые читатели? Один, что называется, "спутал Бабеля с Бебелем", а другой грамотей не только подхватил эту чушь, так ещё и своей отсебятины добавил! Да хоть бы он в Википедию, что-ли,  глянул, прежде чем книжки строчить! Так нет же, В. Шигин, помимо всего прочего, ещё и философствует! Читаем:

   "Однако возникает предположение: не был ли уже известный нам полицмейстер Николаева Автамонов на самом деле Артамоновым? ... Если «Автамонов» и Артамонов были действительно представителями одной фамилии и братьями, то можно представить, какую власть и какое влияние они сконцентрировали в своих руках! Ведь полицмейстер главного порта Черного моря осуществлял всю полицейско-следственную власть во всех портах Черного моря!" (В. Шигин " Тайна брига "Меркурий").

   Разумеется, это очередная (которая по счёту?) шигиновская отсебятина, но тем не менее, интересно бы знать, ну кто мог надоумить его, что: "Ведь (??? вопросы мои, авт.) полицмейстер главного порта Черного моря осуществлял всю полицейско-следственную власть во всех портах Черного моря!"?

   Это самое "ведь" из чего следует? Ну, хоть убейте, не могу поверить в то, что эту чушь писал человек, называющий себя историком и имеющий отношение к флоту!

  По-моему, всё дело в том, что тексты В. Шигина в принципе нельзя считать историческими исследованиями. Его книги - банальная беллетристика, ориентированная, скорее, на неискушённых читателей, чем на историков или краеведов.  Мало того, что он безо всякого разбора черпает информацию у сомнительных, с точки зрения исторической правоты, источников, так ещё и их потом умудряется перевирать!  Но самое возмутительное, что на их основании он делает нелепые выводы, которые никак не следуют из тех материалов, на которые он сам же и ссылается! Например:

 "Супруги Фаренниковы, не покинув сразу город, попытались восстановить события последних дней жизни Казарского. Они установили, что, прибыв в Николаев, Александр Иванович, за неимением гостиницы, снял комнату у некоей немки." (Шигин В. В. "Герои забытых побед". — M : Вече, 2010)  

   А вот как пишет об этом сама Е. Фаренникова: "Много было потом толков о загадочной кончине Казарского, вероятных и невероятных, правдоподобных и направдоподобных. Говорили, что когда он приехал в Николаев, то остановился у одной немки, которая имела чистенькие комнаты для приезжих".

   Чувствуете разницу? Можно было бы написать: "Фаренниковы собирали городские слухи и сплетни о смерти Казарского", поскольку вряд ли они - обычные сельские помещики, могли быть допущены к официальному расследованию по делу о его отравлении. А можно, как это делает В. Шигин, утверждать: "Попытались восстановить события (и) ...установили!"

    Или это:

   Читаем в воспоминаниях Е. Фаренниковой: "Казарский..., выпив весь кофе почувствовал дурноту. Приехав домой, Александр Иванович послал тотчас за доктором, но, как была молва, и доктор оказался в заговоре. Вместо того, чтобы дать сейчас противоядие... эскулап посадил больного в горячую ванну".

   А вот интерпретация этого же события но, преподносимая В. Шигиным: "Мучимый страшными болями, кричал: «Доктор, спасайте, я отравлен!» Однако врач, скорее всего, тоже вовлечённый в заговор, никакого противоядия не дал, а посадил Казарского в горячую ванну. Из ванны его вынули уже полумёртвым"

   "Мучимый страшными болями..." Впечатляет, конечно, только вот у Е. Фаренниковой об этом ни слова! Разумеется, мне тоже искренне жаль легендарного командира брига "Меркурий", но отсебятину-то зачем писать? Для пущего нагнетания страстей и трагизма? Только, разве не кощунственно это по отношению к памяти легендарного героя-черноморца? Или без вранья уже никак нельзя?

   Равно как и в версии о причастности доктора, лечившего А. Казарского, к заговору против него. Е. Фаренникова пишет: "как была молва и доктор оказался в заговоре", а В. Шигин, основываясь на этих же её словах, утверждает уже более определённо: "скорее всего, тоже вовлечённый в заговор".  Вся разница здесь в том, что Фаренникова просто передаёт обычные в таких случаях слухи, ходившие по городу: "Была молва...", а историк-манипулятор Шигин заменяет эту беспристрастную констатацию вводным словосочетанием "скорее всего", которое в данном контексте уже выражает его личное отношение к событию.

   Да так можно что угодно утверждать, перевирая, или, как минимум, чуть подправляя по своему разумению исторические документы и источники информации! Такой подход в принципе антинаучен и недопустим, поскольку историческая наука тем и отличается от пропаганды, что она никогда даёт однозначно-позитивную или негативную оценку тем или иным событиям или историческим персонажам, а ставит своей целью проведение максимально объективных и беспристрастных исследований!

   Отдельная тема в книгах В. Шигина занимает его "борьба", а по сути клеветнические нападки на известного николаевского учёного-кораблестроителя и краеведа, профессора Юрия Семёновича Крючкова (1928-2015) в связи с работами последнего о жизни и деятельности адмирала А.С. Грейга. Замечу сразу - нападки эти в большинстве своём необъективны, несправедливы по сути и убоги по форме, в которых вопиющая некомпетентность Шигина компенсируется, разве что, хамством. Читаем:

  "По некоторым непостижимым причинам её взял в жены главный адмирал Российского военно-морского флота адмирал Грейг, который, по утверждению некоторых, был еврейского происхождения." (В. Шигин " Тайна брига "Меркурий").

   Интересно было бы знать, г-н Шигин, а у этих самых "некоторых", которые якобы утверждают, что адмирал А.С. Грейг "был еврейского происхождения", имена-фамилии имеются? И, кстати, на какие документы эти "некоторые" ссылаются? А то я как-то не нашёл таких сведений, хотя сам давно занимаюсь родословной адмирала А.С. Грейга в рамках проекта "Николаевские адмиралы" и с помощью английских архивов "докопался" до его дедов-прадедов. Может, я чего упустил?

   Впрочем, как утверждают некоторые, ходят слухи, что по таким основаниям и писатель Шигин тоже вполне может иметь еврейское происхождение. А почему бы и нет?

   А как вам это нравится:

  "Увы, теперь можно вполне безопасно, сидя в незалежном Николаеве, поливать грязью и великих русских флотоводцев лазаревской школы, и великого собирателя русского слова только за то, что они встали в свое время на защиту государственных интересов России." (В. Шигин " Тайна брига "Меркурий").

  Стоп, Шигин! Каких именно "флотоводцев лазаревской школы" поливает грязью Ю.С. Крючков в своих публикациях? Где конкретные фамилии и цитаты? Разумеется, ничего подобного нет и никогда не было. Это всё - очередное шигинское враньё!

   И ещё:

   "Казалось бы, какое дело нынешней самостийной Украине до истории стародавних событий, происходивших в российском флоте? Но оказывается, дело есть, причем самое непосредственное! Центром борьбы за возвращение величия адмиралу Грейгу стал Николаев, что вполне объяснимо: адмирал и его супруга не жалели денег на обустройства именно этого города, мечтая сделать его столицей своей «причерноморской вотчины»." (Шигин В. "Неизвестная война императора Николая I". — М.: Вече, 2013)

   Ну, тут просто, как говорится, нет слов! Что называется, приехали! Мой родной Николаев, как выясняется, стал "Центром борьбы за возвращение величия адмиралу Грейгу"! Причём, именно сейчас в нынешней, как пишет Шигин, "самостийной Украине"! (Бандера с Шухевичем нервно курят в сторонке!) Уж не на центральной ли улице Николаева - Большой Морской этот "Центр борьбы" находится, г-н Шигин? Надо будет при случае поискать его там, а то я, к стыду своему, до сих пор о таковом ничего не слышал...

   Дальше-больше:

  "Кстати, сам Юрий Семенович Крючков (1928 года рождения) сочиняет свои опусы на 82-м году жизни. Так кому стоит больше верить: седому старцу Крючкову или лично знавшим Казарского Фаренниковым?". (В. Шигин " Тайна брига "Меркурий").

   Публичное хамство Шигина - это его отличительная, можно сказать, фирменная черта, поэтому, что-либо обсуждать  по этому поводу бессмысленно. Скажу только, что биографией адмирала А.С. Грейга и его семейства профессор Ю.С. Крючков при жизни занимался более 40 лет, а его первые публикации по этому поводу вышли ешё в середине семидесятых годов прошлого столетия, когда автору было чуть более сорока. Но, в любом случае, использовать в качестве аргументации пошловатые намёки на почтенный возраст оппонента - низость. Для офицера - тем более!

   Да, многие из тех, кто занимается биографией адмирала А.С. Грейга не во всём согласны с оценками Юрия Семёновича (и я, кстати, в их числе!), но более ответственного и скрупулёзного краеведа, чем проф. Ю.С. Крючков я в своей жизни не встречал. Поэтому если, перефразируя шигинский вопрос, придётся выбирать между работами профессора Ю.С. Крючкова и  документально ничем не подтверждённым рассказом дочери знакомых А.И. Казарского - супругов Фаренниковых, записанным со слов её матери более чем через пятьдесят лет после описываемых событий, то серьёзный исследователь вряд ли отдаст предпочтение беллетристике, пусть даже опубликованной полтора века назад. Тем более, г-н Шигин, признайтесь честно, ведь Вы же ничегошеньки не знаете об этих самых о супругах Фаренниковых, кроме как из рассказа их дочери, и, тем не менее, пафосно задаёте риторический вопрос: "Кому верить?".

   Уж, во всяком случае, не Вам.

   Ну и напоследок:

   "Главой тамошних грейгофилов выступает престарелый профессор Ю.С. Крючков, без устали пишущий и издающий книги о Грейге и его супруге, не жалея самых возвышенных эпитетов в восхвалении этой «сладкой парочки», как не жалея и самых гнусных слов в адрес российского национального героя адмирала Лазарева и его учеников.

   При этом Крючков и его окружение внимательно следят за всеми публикациями  о семействе Грейгов в России. А потому, когда в своем журнале «Морской сборник» я опубликовал документальную «Потомству в пример», посвященную подвигу А.И. Казарского и его убийству, в мой адрес с Украины немедленно посыпались обвинения в гнусных нападках на любимца всех украинцев Грейга и даже… в историческом терроризме!" (Шигин В. "Неизвестная война императора Николая I". — М.: Вече, 2013)


   Ума не приложу, с какой стати этот псевдоисторик вдруг решил, что Грейг - любимец всех украинцев? Ведь это же полная чушь! Ну, откуда у него эта бьющая через край нелепая и бездоказательная глупость, растиражированная в его многочисленных книгах? Доказательства этому хоть какие-то есть, г-н Шигин? Кстати, и по поводу "окружения Ю.С. Крючкова"(???), тоже хотелось бы узнать поподробнее. Это кто такие? Опять-таки с доказательствами...

   Только нет их у Шигина, да и быть не может! От себя добавлю, что 95% украинцев (за цифру не ручаюсь, но это как минимум!) вообще ничего не знают о А.С. Грейге, и вряд ли когда-либо слышали о нём. Разумеется, это печально, не знать своей истории, но это является лишним подтверждением очередного шигиновского вранья! Утверждаю: не является и никогда не являлся адмирал А.С. Грейг любимцем ВСЕХ украинцев. Лжёте, г-н Шигин...

   Уф-ф...  

 *   *   *

 

    Уважаемые читатели! Вам ещё не надоело тратить своё драгоценное время на чтение этой шигинской словесной эквилибристики, отсебятины и навешивания ярлыков? Думаю, надоело. Впрочем, и мне тоже. Но куда от этого денешься - он много чего понавыдумывал в своих книгах. Но только, ради Бога, умоляю, не бросайте это чтение - дальше ещё интересней будет!

   Итак, продолжим. 

     Для начала обратимся к письму адмирала М.П. Лазарева к А.А. Шестакову "О своём назначении начальником штаба Черноморского флота и портов и о практическом обучении гардемарин", написанное в Кронштадте 28 февраля 1832 года. (М.П. Лазарев. Документы. т. II, Военное издательство Военно-морского министерства, М. 1952. Под редакцией А.А. Самарова). 

   Зачем, спросите вы, уважаемые читатели? А только лишь для того, чтобы выбрать из этого письма одну-единственную фразу. Например, такую: "Я попался в сети, крайне для меня неприятные, тем более что береговая должность письменная и черт знает, что еще." Для наглядности я её выделил в общем тексте письма (см. фото). Запомним этот текст, как Фрагмент №1

 

  А дальше берём ещё одно письмо этого же уважаемого адмирала к тому же самому адресату, но только написанное через пол года - 11 сентября 1832 года и уже из Николаева: "О состоянии Черноморского флота и Севастопольского порта". Проделаем с текстом уже этого письма точно такую же операцию. Выделим такой фрагмент в письме: "Вот третий уже год, что флот здесь не ходил в море, и бог знает, от каких причин" и назовём его, допустим, Фрагмент №2

  Идём дальше. Следующее письмо М.П. Лазарева в том же издании: "О плохом состоянии судов Черноморского флота", но уже написанное из Севастополя ещё год спустя - 31 июля 1833 года. В нём нам понадобится такой фрагмент: "Севастополь вообще так пуст, что хоть шаром покати - ни одной сажени веревки, ни одного дерева, чтобы сделать стеньгу или марс-рей.". Это будет Фрагмент №3

 

  И, наконец, снова возвратимся к письму Михаила Петровича годичной давности от 11 сентября 1832 года, писанное в Николаеве: "О состоянии Черноморского флота и Севастопольского порта". В этом письме, но уже совсем в другой его части нам понадобится такая фраза: "Предвижу много преград, но бесполезным быть не хочется". Пусть будет Фрагмент №4.

 

   Теперь собираем все фрагменты вместе и смотрим что у нас получилось (следите за руками - тут всё по-честному!): 

Фрагмент №1 

Я попался в сети, крайне для меня неприятные, тем более что береговая должность письменная, и черт знает, что еще. 

Фрагмент №2 

Вот третий уже год, что флот здесь не ходил в море, и бог знает от каких причин. 

Фрагмент №3 

Севастополь вообще так пуст, что хоть шаром покати - ни одной сажени веревки, ни одного дерева, чтобы сделать стеньгу или марс-рей. 

Фрагмент №4 

Предвижу много преград, но бесполезным быть не хочется.

 

  Теперь осталось всё-ничего - немного подрихтовать (!) авторский текст писем адмирала М.П. Лазарева. 

  Из текста Фрагмента№1 не мудрствуя лукаво уберём  слово "письменная", а слова "должность" и "береговая" поменяем местами, чтобы получилось: "Я попался в сети, крайне для меня неприятные, тем более что  должность береговая, и черт знает, что еще." 

  К Фрагменту №3 добавим для конкретики в самом его начале такие слова: "А сегодня". Чтобы в итоге получилось: " А сегодня Севастополь вообще так пуст, что хоть шаром покати - ни одной сажени веревки, ни одного дерева, чтобы сделать стеньгу или марс-рей."  

   Ну и Фрагмент №4 адмиральского письма тоже чуть подправим, а то как-то коряво адмирал излагал свои мысли. Большой беды не будет, если этот фрагмент станет звучать так: "Предвижу много преград, но бесполезным быть не хочу." 

   Согласитесь, так авторская(!!!.) адмиральская мысль звучит намного убедительней! 

   А теперь соединяем все четыре фрагмента вместе и смотрим, что у нас получилось: 

   Я попался в сети, крайне для меня неприятные, тем более что должность береговая, и черт знает, что еще. Вот третий уже год, что флот здесь не ходил в море, и бог знает от каких причин. А сегодня Севастополь вообще так пуст, что хоть шаром покати - ни одной сажени веревки, ни одного дерева, чтобы сделать стеньгу или марс-рей. Предвижу много преград, но бесполезным быть не хочу. 

     Ну вот и всё - хлопайте в ладоши! 

   Ах, да, совсем забыл!  Надо же проверить, а правильно ли мы это буриме собрали. Для этого, уважаемые читатели, откройте книгу В. Шигина "Тайна брига "Меркурий", например, на странице 63 в электронном издании: http://loveread.ec/read_book.php?id=50017&p=63. Читаем:

  Из письма Лазарева тех дней: «Я попался в сети, крайне для меня неприятные, тем более что должность береговая, и черт знает, что еще. Вот третий уже год, что флот здесь не ходил в море, и бог знает от каких причин. А сегодня Севастополь вообще так пуст, что хоть шаром покати - ни одной сажени веревки, ни одного дерева, чтобы сделать стеньгу или марс-рей. Предвижу много преград, но бесполезным быть не хочу». Под преградами Лазарев понимал то, с чем ему теперь предстояло сражаться не на жизнь, а на смерть - «черноморскую мафию».

  Как говорится, нет слов! Первая мысль моя была, когда я всё это обнаружил, такая: "Так не бывает! Этого просто не может быть!" Я и сейчас не могу найти для себя разумного объяснения зачем Шигину это плутовство с письмами адмирала М.П. Лазарева. К тому же, он сам, как я выяснил, потомственный морской офицер! Только, как-то не вяжется в моём понимании это мухлевание с понятиями офицерской чести...

  Но примечательней всего в этом шигинском тексте звучит уточняющая фраза насчёт "письма Лазарева тех (выделено мной, авт.) дней". Жаль только, что этот окололитературный фокусник не уточняет каких же именно "тех" дней? Ведь письма написаны М.П. Лазаревым в совершенно разное время и по разному поводу...

  Ну и, конечно же, заслуживает внимание дополнение В. Шигина о слове "преграды" в тексте одного из адмиральских писем. Оказывается, "Под преградами Лазарев понимал то, с чем ему теперь предстояло сражаться не на жизнь, а на смерть - «черноморскую мафию»".

  Ставлю сто к одному, что даже Михаил Петрович в жизни бы не догадался, а что же он сам-то понимал "под преградами" с точки зрения Шигина! Вот уж поистине "черноморская мафия" - лучше не скажешь! Талант!

  Кстати, а что там в этой шигинской книге насчёт хитроумности евреев пишется? Да все евреи вместе взятые, мне кажется, тут просто отдыхают!

*   *   *

 

   Ей-Богу, надоело до чёртиков читать все эти псевдоисторические графоманские опусы с авторскими отступлениями, но сделаем последнее усилие и обратим внимание на ещё один перл из книги В. Шигина "Тайна брига «Меркурий»":  

   "Отметим, что на верфях Серебряного и других членов своего клана Грейг вовсю использовал более двух тысяч арестантов. Дело в том, что в ту пору арестантов можно было использовать лишь на валовых работах: что-то куда-то таскать. Грейг же начал назначать их на ответственные кораблестроительные работы..." (выделено мно, авт.)

  Мне, отдавшему военному кораблестроению в Николаеве более 20 лет своей жизни (это были лучшие годы и мои, и николаевского кораблестроения!) особенно грустно читать эту ахинею о назначении арестантов на "ответственные кораблестроительные работы" (???).

  Ну, хорошо, допустим, ты не специалист в кораблестроении - таких людей немало и никакой трагедии в этом нет. Но только в таком случае не приписывай свою некомпетентность (и это ещё мягко сказано!) адмиралу, который не только сам был высочайшим специалистом в военном кораблестроении (даже проектировал корабли!), но и привлекал для реализации этих проектов самых высококлассных (и, именно, ответственных!) корабельных мастеров того времени! При А.С. Грейге в Николаеве практически одновременно работали не просто опытнейшие корабельные инженеры - это был цвет всей тогдашней кораблестроительной отрасли России:

1. Полковник Корпуса корабельных инженеров Илья Степанович Разумов (1778–1827) построил при Грейге в Николаеве:

-74-х пушечный корабль "Пармен" - 1823 г,

-80-ти пушечный корабль "Пантелеймон" - 1824 г,

-первый русский паровой военный корабль «Метеор» -1825 г.,

-транспорты специальной постройки "Чайка", "Змея" и "Опыт" все - 1825 г.,

-110-ти пушечный линейный корабль "Париж" - 1826 г.,

-транспорты специальной постройки "Успех" и Кит" все - 1826 г.,

-транспорт специальной постройки "Сухум-Кале" - 1827 г.,

-первый на Черном море колесный пароход «Одесса» - 1827 г.,

-84-х пушечный линейный корабль "Императрица Мария" - 1827 г., (построен по чертежам, разработанным адмиралом А. С. Грейгом)

 

2. Корабельный мастер 6 класса Андрей Иванович Мелихов (1773–1821) построил при Грейге в Николаеве:

-44-х пушечный фрегат "Флора" - 1818 г. (За его постройку и спуск А.И. Мелихов получил от Императора Александра I бриллиантовый перстень),

-22-х пушечный бриг "Ганимед" - 1820 г.,

-74-х пушечный (реально имелась 91 пушка) корабль "Норд-Адлер" - 1820 г.,

-первый колесный пароход для Черноморского флота «Везувий» - 1820 г.,

-22-х пушечный бриг "Орфей" - 1821 г.,

-44-х пушечный фрегат "Поспешный" - 1821 г.,

 

3. Инженер-генерал-майор Корпуса корабельных инженеров Михаил Ильич Суровцов (1769-1833) построил при Грейге в Николаеве:

-транспорт специальной постройки "Редут-Кале" - 1827 г.,

-84-х пушечный корабль "Анапа" - 1829 г. , (построен по чертежам, разработанным адмиралом А. С. Грейгом)

-84-х пушечный корабль "Императрица Екатерина II" - 1831 г.,

-60-ти пушечный фрегат "Бургас" - 1832 г.

 

4. Полковник Корпуса корабельных инженеров Александр Кириллович Каверзнев (1774–1867) построил при Грейге в Николаеве:

-84-х пушечный корабль "Чесма" - 1828 г., (построен по чертежам, разработанным адмиралом А. С. Грейгом)

-60-ти пушечные фрегаты "Эривань" и "Архипелаг" оба - 1829 г.,

-18-ти пушечные бриги "Кастор" и "Полукс" - 1829 г.,

-84-х пушечный корабль "Адрианополь" - 1830 г.,

 

5. Подполковник Корпуса корабельных инженеров Иван Яковлевич Осминин (?–1838) построил при Грейге в Николаеве:

-гребная яхта "Сатуново" - 1830 г.,

-84-х пушечный корабль "Память Евстафия" - 1830г.,

-24-х пушечный корвет "Сизополь" - 1830 г.,

-пароходы "Громоносец" и "Везувий" оба в 1830 г.,

-24-х пушечный корвет "Пендераклия" - 1831 г.,

-два 12-ти пушечных люгера "Геленджик" и "Поти" - 1831 г.,

-120-ти пушечный корабль "Варшава" - последнее детище адмирала А.С. Грейга в Николаеве - 1833 г.

 

6. Корабельные мастера Д.В. Кузнецов и И.И. Турусов построили при Грейге в Николаеве:

-74-х пушечный корабль "Николай" - 1816 г.,

 

7. Корабельный мастер Г. Иванов построил при Грейге в Николаеве:

-две 12-ти пушечные парусные шхуны "Курьер" и "Вестник" - обе 1831 г.,

 

8. Капитан Корпуса корабельных инженеров Алексей Семенович Акимов (ок. 1799–1858) построил при Грейге в Николаеве:

-18-ти пушечный бриг "Фемистокл" - 1833 г.

 

  При этом я, разумеется, не стану отрицать использование труда арестантов в Николаеве, о чём пишет В. Шигин. Их труд, конечно же, использовался и при постройке кораблей, и для иных нужд. Но! Во-первых, арестанты вполне легально (увы, в духе тогдашнего времени!) были задействованы исключительно на неквалифицированных (а никак не ответственных!) работах, а во-вторых, их труд широко использовался и до Грейга. К тому же, Алексей Самуилович вовсе не "начал назначать (???) арестантов "на ответственные работы", как выдумывает Шигин.

  Труд арестантов использовали как во времена Г.А. Потёмкина, Н.С. Мордвинова и И.И. Траверсе, так и после ухода А.С. Грейга с поста Главного командира Черноморского флота. Кстати, и в годы правления адмирала М.П. Лазарева арестантов тоже повсеместно привлекали для выполнения различных работ (см. М.П. Лазарев. Документы, т. III, ЦГА ВМФ СССР, М. 1961)

*   *   *

 

  Уважаемые читатели! Я вновь вынужден обратиться ко всем, читающим этот длинный список кораблей, построенных в Николаеве блестящими кораблестроителями при непосредственном участии и руководстве адмирала А.С. Грейга: вам не скучно его читать? Допускаю, что это не самое увлекательное занятие и ничего весёлого тут нет. Но и лжи здесь тоже нету - это и есть самая настоящая правда и неоспоримые факты! Без всяких домыслов и моей авторской оценки. Утверждаю!

  И, тем не менее, я позволю себе ещё немного помучить вас одним скучным перечнем. На этот раз далеко не полным списком всего того, что помимо постройки кораблей для Черноморского флота, было сделано и построено в Николаеве за годы руководства тут адмирала А.С. Грейга с 1816 по 1833 г.:

1816 г.

В 1816 году в Николаеве на базе существовавших судовых экипажей (корабельных и гребных команд кораблей черноморского флота) были образованы 35, 37, 38, 39 и 43 флотские экипажи.

1817 г.

В 1817 году из Богоявленска в Николаев был переведён морской госпиталь с целью повышения эффективности оказания медицинских услуг нуждающимся.

 

 

Морской госпиталь и храм Александра Невского в Николаеве. Открытка нач. ХХ в.

 

1818 г.

В 1818 году по инициативе А. С. Грейга в Николаеве было построено первое паровое плавучее землечерпательное судно, с помощью которого был углублен фарватер от Адмиралтейства до Очакова. Вот что писал сам А. С. Грейг о значении этой замлечерпательной машины: «В 1818 году выписана и установлена для действия паровая землечерпательная машина. Важность прочистки Ингульского фарватера для свободной проводки строимых в Николаевском адмиралтействе судов заставила черноморское начальство устроить в 1818 1. землечерпательную машину, которая, будучи приводима в действие силой человеческою, мало соответствовала предмету своего устроения. Заведение паровой машины ускорило ход преднамеренной работы...»

1819 г.

В 1819 году по распоряжению А.С. Грейга городской архитектор Ф.И. Вунш разработал проект замощения некоторых городских улиц Николаева булыжным камнем. В этом же году покрыли булыжником всю Адмиральскую улицу и Ингульский спуск.

В 1819 году А.С. Грейг, уделяя большое внимание оперативному управлению флотом, ввел способ ночной сигнализации бесшумной и экономичной, не требующей расходов пороха. Сигнальные вспышки производились специальным фонарем. Это существенно улучшило связь судами и берегом, а также между кораблями в море.

Понимая важность точного времени для таких флотских городов, как Николаев и Севастополь, Грейг распоряжением № 772 от 27 февраля 1819 г. ввел специальную службу: ровно в полдень выстрелом из пушки, установленной при доме главного командира, давался сигнал, по которому должны были настраиваться все городские, адмиралтейские и церковные часы, а также часы частных лиц.

1820 г.

В 1820 г. на мысе Порохового Погреба (в начале нынешней Артиллерийской улицы) было выстроено красивое и величественное здание Артиллерийского училища, в котором впоследствии поместили Штурманское училище, а ныне располагается СИЗО г. Николаева.

 

 

Штурманское училище в Николаеве, построенное во времена А.С. Грейга и сохранившееся до настоящего времени

 

1821 г.

В 1821 году А.С. Грейг добился у правительства разрешения на строительство Морской астрономической обсерватории. Её спроектировал на Спасском холме городской архитектор Фёдор Иванович Вунш (1770-1836, Николаев), а строили с 1821 по 1829 гг. вначале инженер-гидротехник Борис (Берк) Васильевич Фан-дер-Флис (1762-1846), а после его отстранения- городской архитектор Николаева Людвиг Антонович Опацкий (1786-1854).

 


План Морской астрономической обсерватории в Николаеве утверждённый в 1821 г. А.С. Грейгом

 

1822 г.

С октября 1822 по декабрь 1823 года, привлечённый А.С. Грейгом в Николаев французский инженер Антуан Рокур де Шарлевиль (1789-1841) осуществил строительство Спасского самотечного водопровода, на основе проекта, разработанного ранее инженер-капитаном инженерной команды Черноморского адмиралтейского правления Ж.В. Гаюи (1793-1847).

В 1822 г. николаевским полицмейстером Павлом Ивановичем Фёдоровым была предпринята первая попытка наименования улиц. Проект, включавший названия 13 продольных и 7 поперечных улиц, к сожалению, не был утвержден А.С. Грейгом. Тем не менее, многие предложенные в этом проекте названия в большинстве случаев были впоследствии даны николаевским улицам.

В 1822 году по инициативе А.С. Грейга было произведено углублении фарватера реки Ингула, причём при проведении этих работ удалось сэкономить значительные средства, о чём был Алексеем Самуиловичем был составлен рапорт на имя начальника морского штаба адмирала А.В. фон Моллера. 

1823 г.

В 1823 году по распоряжению А.С. Грейга началось осуществляться освещение некоторых улиц Николаева керосиновыми фонарями. Городской архитектор Фёдор Иванович Вунш (1770-1836) разработал проект красивых фонарных столбов, которые были вскоре изготовлены в Адмиралтействе. 22 таких фонаря были установлены на Адмиральской улице - от адмиральского дома до здания Штурманского училища, а 35 поставлены на Соборной улице - от Ингульского моста до Базарной площади.

1824 г.

В 1824 году при содействии А.С. Грейга были утверждены проект и смета суконной фабрики, подготовленные итальянским купцом и промышленником Луиджи Алиауди, который также произвёл и предоставил на утверждение расчёты по производству сукна для нужд Черноморского флота.

15 февраля А.С. Грейг получил Монаршее благоволение за осуществление предположенной им цели по углублению устья р. Ингула, через что получилась величайшая удобность для проводки кораблей без употребления камелей. (Из послужного списка А.С. Грейга)

1825 г.

По приказу Главного командира Черноморского флота и портов адмирала А.С. Грейга построен первый телеграф (оптический) между Николаевом, Очаковом и Голой Пристанью.

 

 

Сохранившаяся до наших дней Парутинская башня в с. Старая Богдановка Николаевской области - один из составных элементов оптического телеграфа А.С. Грейга между Николаевом и Очаковом

 

1826 г.

В Николаеве на Котельной улице по инициативе военного губернатора адмирала А.С. Грейга учреждено Училище для дочерей нижних чинов морского ведомства, рассчитанное на 150 воспитанниц в возрасте от 10 до 12 лет. Девочек обучали шитью белья и дамских костюмов, вышиванию, вязанию и пр. Здание училища сохранилось до наших дней.

В 1826 году А.С. Грейг впервые в истории русского флота создал в Николаеве штаб Черноморского флота, в задачу которого входила организация боевой подготовки флота в мирное время и разработка планов операций во время войны. Кстати, на балтийском флоте подобный штаб был создан только в 1830 г.

В 1826 г. по распоряжению А.С. Грейга была уничтожена городская свалка на склоне над Военной гаванью и вместо нее разбит бульвар, который со временем стал украшением города и местом летних гуляний жителей. Ныне - это одно из любимых мест отдыха николаевцев.

 

 

Морской бульвар – основан в 1826 году адмиралом А.С.Грейгом у реки Ингул в Николаеве на месте бывшей городской свалки

.

В 1826 г. по инициативе А.С. Грейга было перестроено здание бывших Каменных лавок на Магистратской площади.

В 1826 г. для защиты жителей от грабителей, особенно ночью, по городу было сооружено 12 караульных будок. 

1827 г.

1 сентября 1827 года в Николаеве состоялось торжественное открытие Училища для дочерей нижних чинов Черноморского флота, учреждённого по ходатайству Главного командира Черноморского флота и портов, военного губернатора Николаева Алексея Самуиловича Грейга.

 

 

Девичье училище для дочерей нижних чинов Черноморского флота в г. Николаеве, учреждённое по инициативе А.С. Грейга. Здание сохранилось до наших дней

 

20 сентября 1827 года в Николаеве на Спасском холме по инициативе адмирала А.С. Грейга была открыта Морская астрономическая обсерватория, в которой в этот день были сделаны первые астрономические наблюдения. Первым её директором стал выдающийся астроном Карл Христофорович Кнорре (1801–1883).

 

 

Морская астрономическая обсерватория в Николаеве. Здание и сама обсерватория сохранились до наших дней

 

1828 г.

Имея флаг на корабле "Париж", командовал черноморским флотом, принимавшим деятельное участие в военных действиях против турок. Июля 20. Произведен в адмиралы, за отличие при покорении крепости Анапы и получил Высочайшую благодарность. Августа 18. За блистательный успех отважной вырезки из под крепости Варны турецкой флотилии и «за усердное на пользу государства служение» получил Монаршую признательность. Сентября 29. За осаду и покорение крепости Варны Всемилостивейше награжден орденом Св. Георгия 2 степ. (Из послужного списка А.С. Грейга)

1829 г.

В начале 1829 года был утверждён Перечень метеорологических наблюдений по г. Николаеву Черноморского Депо карт с приложением таблицы с годовой сводкой метеорологических данных по г. Николаеву

Имея флаг на на корабле "Париж" и командуя флотом, крейсеровал до Константинополя и находился при покорении Мессемврии, Ахиоло, Инады и Мидии. За усердие и ревность, оказанный во время турецкой войны, Всемилостивейше награжден шифром Государя Императора на эполеты. 5 июня. По случаю произошедшего в Севастополе возмущения, прибыл из Николаева берегом в Севастополь и августа 5 возвратился в Николаев на яхте "Утеха". (Из послужного списка А.С. Грейга)

1831 г.

В 1831 г. вышло распоряжение А.С. Грейга "об отдаче разным лицам земли, принадлежащей Адмиралтейскому ведомству для разведения садов и огородов", прообраз нынешних "дач", так популярных среди николаевцев.

1832 г.

К 1832 году в Николаеве благодаря усилиям А.С. Грейга в Николаеве функционировало пять верфей, имевших 11 эллингов! Это наибольшее число построечных мест в городе за всю историю развития в нём парусного флота. Причём 9 эллингов было сооружено именно при А.С. Грейге.

В сентябре 1832 г. в Николаеве по распоряжению адмирала А.С. Грейга был открыт портовый архив - первый архив Черноморского флота со штатом 16 человек. Этим было положено начало архивной службы в Николаеве. Архив просуществовал до 30-х годов нашего века и был переведен в Ленинград, в ЦГА ВМФ СССР.

В 1832 г. в Николаеве был издан первый научный труд адмирала А.С. Грейга по теории проектирования корпусов судов математическим методом. Примечательно, что на основании этого метода в Николаеве были спроектированы, а затем построены 54 судна - от линейного корабля до малого тендера.

В 1832 г. в Николаеве Морским ведомством были выпущены правила по управлению хозяйством казенных садов, включающих Лески, Спасск, Бульвар и сады при доме главного командира, Штурманском училище, Молдаванском доме и т.д. Согласно этим правилам производилась подчистка садов, посадка деревьев, их лечение и т.п.

1833 г.

7 января 1833 года в Николаеве по инициативе адмирала А.С. Грейга открылось трехклассное уездное училище в купленном городом доме на Никольской улице - первое светское казенное учебное заведение в городе. Так было положено начало народному образованию в Николаеве.

*   *   *

 

   Разумеется, я вовсе не ставил своей целью выступать в роли адвоката адмирала А.С. Грейга и пытаться всячески обелить его, равно как и не стану навешивать на него голословные ярлыки. Фигура адмирала Алексея Самуиловича Грейга сложна и неоднозначна, но исследовать и писать о ней, должны не шигины и им подобные, а серьёзные учёные и исследователи, способные дать всестороннюю и объективную оценку этой незаурядной личности.

   В отличие от В. Шигина я здесь привёл только факты - сухие цифры количества построенных в Николаеве кораблей, имена выдающихся николаевских кораблестроителей, которых привлёк и организовал их работу Алексей Самуилович. А ведь помимо этого он реализовал и множество других важнейших для города проектов, включая строительство знаменитой Николаевской обсерватории, открытие городского архива - первого в истории архива Черноморского флота, открытие нескольких учебных заведений различного профиля, создание "с нуля" ряда важнейших для города и флота предприятий, организация освещения улиц и мощения мостовых, разбитие городских парков и скверов...

   Этот перечень можно было бы продолжать и продолжать, потому, что вы, уважаемые читатели, всё-равно ничего об этом не узнаете из книг В. Шигина, в которых целые страницы посвящены очернению и шельмованию имени адмирала Алексея Самуиловича Грейга. Там всё больше тиражированная грязь, откровенная ложь, навешивание ярлыков и мерзкое смакование чужой личной жизни. Грустно это всё, потому что необъективно, убого, а, главное, постыдно и недостойно офицера! Только в одном не могу не согласиться В. Шигиным, читая его хамские, псевдоисторические бредни: "За такие необоснованные и мерзкие обвинения в былые времена били канделябром…" (В. Шигин "Тайна брига "Меркурий").

  Вот это точно! Добавить нечего! В самую, что ни на есть, точку!

Потомственный николаевский инженер-кораблестроитель В. Христенко